Идущий по Отражениям (solmyr) wrote,
Идущий по Отражениям
solmyr

Categories:

Цезарь и Брут



Пока все о злободневном, я посмотрел сериал "Рим". Но сейчас будет не о самом сериале, а о событиях тех времен, которые я благодаря сериалу освежил в памяти и снова о них задумался.

Цезарь или Брут? Кто из них был добром, а кто злом?
На подобные вопросы редко бывает однозначный ответ. Нет его и здесь.

Но в моей голове роится много мыслей на эту тему, и ниже они станут текстом.

(Поначалу это действительно были роящиеся в голове мысли и эмоции, но затем я дополнил и исправил их, прочитав и перечитав источники. Потому что эмоции эмоциями, но объективность объективностью. Но эмоции тоже остались, и полностью объективным быть не удалось.)

С детства я был на стороне Цезаря. Надо признать, что в первую очередь потому, что привлекала харизма его личности. Величайший полководец. Человек, поднявшийся из бедной, хоть и знатной семьи на недосягаемую прежде вершину и добившийся всего исключительно сам. Обаятельный и великодушный. Умевший завоевывать симпатии людей словом и делом - не зря его боготворили легионеры, не зря он стал кумиром стольких римлян. Полководец и политик, выделявшийся необычной гуманностью и миролюбием на фоне жестоких нравов того времени. За свое недолгое правление он провел множество полезных реформ, направленных на укрепление единства государства. Добившись неограниченной власти, он не совершил ни одного поступка, за который его уместно было бы назвать тираном - так свидетельствует Плутарх. Плутарх же продолжает, что государству, нуждавшемуся в едином властителе, был послан самый кроткий и милосердный. Аппиан называет Цезаря “вла­сти­те­ль, рав­но­го кото­ро­му не было, при­нес­ший поль­зу и родине и вла­сти более всех дру­гих” - а сравнивать Аппиану было с кем, ведь он писал в самом конце эпохи “хороших императоров”.
Важно, что тот самый переход Рубикона, нарушение закона, которое полностью определило все дальнейшие действия Цезаря, был вынужденным решением. Подковерная борьба партий в сенате привела к тому, что альтернативой было признание Цезаря преступником - причем незаслуженное. И именно Цезарь, чтобы избежать такого исхода, неоднократно предлагал компромиссы, которые отвергались его противниками, уверенными в своей силе.

Цезарь далеко не был идеалом законопослушности. В политической борьбе он интриговал, давал взятки, трактовал законы в своих интересах, нарушал их. Но легко ли указать видного политика того времени (а хоть бы и другого времени), который этого не делал? Даже Катон Младший без этого не обходился.
Цезарь развязал гражданскую войну, сотрясавшую государство в течение 5 лет и унесшую множество жизней. Но как минимум половина вины лежит на толкавших его к этому противниках. Например, историк Егоров пишет: "Факты и логика событий убедительно показывают, что именно Помпей и оптиматы пошли на силовой вариант". Во время войны он неизменно милостиво относился к тем, кто прекращал сопротивление, что для тех времен было очень нетипично. В числе тех, кто получил от него пощаду, были многие его убийцы...

И после победы в гражданской войне Цезарь не преследовал своих противников - напротив, многих привлек к власти. Он приложил все усилия, чтобы примирить враждующие партии.
Большинство проведенных им реформ было направлено на решение давно назревших задач - объединение полиса и провинций в цельное государство, сглаживание различий между его жителями. Не столь давняя Союзническая война показала насущность и важность этой задачи.
Характерно, что по завещанию Цезаря каждый римлянин получал изрядную сумму из его личных средств, а его сады становились общественным достоянием.
И показательно, что после смерти Цезаря народ горевал, искал убийц, чтобы отомстить им, пытался сжечь их дома, и в итоге вынудил их навсегда покинуть Рим.

Главной мотивацией всех действий Цезаря было, конечно, не желание осчастливить ближних, а невероятное честолюбие. Но для достижения величия и славы он стремился покорить сердца, а не устрашить их. Это не Катилина, который просто хотел хапнуть власть, и не Сулла с Марием, которым власть была нужна для уничтожения врагов. Цезарь уничтожал только тех, кто противостоял ему с оружием в руках.

Итого, прегрешения Цезаря не кажутся злодействами, достижения его феноменальны, личные качества заслуживают уважения, пользы своему государству он принес много. Великий и достойный человек? Да. За исключением одного “но”.
Главное, что можно вменить в вину Цезарю, главная причина, по которой его можно счесть злом - это стремление к единоличной власти в республике.
Он действительно почти уничтожил республику. Видимо (хотя, скажем, Робер Этьен оспаривает это и называет устоявшимся заблуждением), он хотел стать монархом - вопреки законам и традициям государства и, что даже важнее, желаниям сограждан (на которые ориентировался в остальном). Возможно, это желание возникло у него уже много позже Рубикона. Возможно, он не видел другого выхода (но позднее Октавиан показал, каким может быть другой выход). Весьма вероятно, что он был бы хорошим монархом. Но это желание было неприемлемо даже для многих его сторонников. Возможно, он не был бы убит, если бы не проявлял это желание.
Была ли смена строя в интересах Римского государства? Опять-таки возможно. Об этом ниже. Но Цезарь, несомненно, затевал её прежде всего в своих личных интересах.
Впрочем, даже вне контекста стремления стать монархом - утвердив свою власть, Цезарь несколько “потерял берега” и стал чересчур высокомерен с побежденными. Осознание того, что ты взошел на великую вершину, кружит голову любому. В сочетании с политикой всепрощения это поведение привело к краху очень быстро.


Фактически, вопрос о том, добро Цезарь или зло, сводится к вопросу отношения к единовластию. Если единовластие неприемлемо в принципе - то неприемлем и Цезарь. Если в принципе приемлемо - следует признать, что этот человек был для Рима хорош не только как полководец (в чем сомнений нет в любом случае), но и как политик.

С другой стороны - Брут.
Чуть ли не первое, что я узнал о Бруте - это то, что у Данте они с Кассием (а также Иудой) находятся на самом дне Ада как величайшие предатели. Прочитав это, я сразу зафиксировал своё отношение к Бруту и Кассию. Ведь Иуду туда нельзя было не поместить при господствующем христианстве, а вот эти двое, до которых официальной идеологии вроде бы не было дела, раз уж попали туда, то точно по заслугам.
Сейчас я, однако, понимаю, что во времена Данте монархия была общепринятой формой правления (за парой исключений вроде Венеции и Генуи), и именно сакральность фигуры правителя стала причиной того, что Брут с Кассием были помещены на самое дно. Между тем факт заговора против правителя, безусловно, сам по себе не смотрится аморальным. Всё зависит от конкретики. Например, тираноубийство, совершенное Гармодием и Аристогитоном, с которыми иногда сравнивают Брута и Кассия, заслуживает безусловно положительной оценки.

Но конкретика была не на стороне Брута. Черт с ней, со священной персоной правителя, но Брут предал человека, который его не просто помиловал после Фарсальской битвы, но полностью простил, сделал своим ближайшим другом, чуть ли не вторым после себя человеком в государстве и, по некоторым данным, планировал в преемники. Более того, по просьбам поручившегося за них Брута Цезарь простил и других своих противников - в частности, того же Кассия. Из-за всего этого я считал поступок Брута неприемлемым - и считаю до сих пор. Предательство друга, благодетеля, того, кто тебе доверился, кому ты дал слово - по мне, это одна из самых плохих вещей, которые вообще может сделать человек. Мало что может оправдать такой поступок.

(Отдельная история с потенциальным отцеубийством - Брут мог быть сыном Цезаря. Видимо, это маловероятно: Цезарь и мать Брута действительно были любовниками, но Цезарь во время рождения Брута был слишком юн.
Еще одна история, возможно, увеличивающая моральный долг Брута Цезарю - дело Веттия: в молодости Брут с еще несколькими аристократами был обвинен неким Веттием в заговоре, но затем Веттий под давлением Цезаря исключил Брута из числа заговорщиков. Если так и было, то Цезарь и здесь спас Брута - видимо, по просьбе матери. Но дело Веттия - очень мутная история; сейчас больше сторонников мнения, что заговор был вымышлен Веттием в рамках интриги Цезаря.)

Плутарх тоже пишет, что это самое тяжкое обвинение, которое можно возвести на Брута. Но мнение Плутарха я узнал позже - Брут мне был так неприятен, что я даже не стал читать его жизнеописание (одно из немногих). Спустя годы всё же прочитал, и оно заставило задуматься.

Вся остальная жизнь Брута показывает, что это был человек высочайшей морали. Это признавало всё римское общество, в том числе его враги. Именно поэтому заговорщикам необходимо было его участие и руководство - личные достоинства Брута, наряду с его происхождением от тираноборца Брута из старых времен, придавали деянию характер благородной миссии, а не вероломного убийства.
Слабость честного и благородного человека - в его честности и благородстве. Именно Брут настоял на том, чтобы не убивали никого, кроме Цезаря - прежде всего, пощадили Марка Антония, который в итоге стал могильщиком республики и самого Брута, ведь именно Антоний, убежденный цезарианец и великолепный полководец, победил при Филиппах. Именно Брут был чересчур щепетилен, когда перед Филиппами собирал в провинциях деньги на найм войск - в результате он собрал ничтожную по сравнению с Кассием сумму, и этих денег, возможно, и не хватило. Именно про Брута говорили, что он единственный из всех заговорщиков, кто действовал ради общественного блага, а не по личным мотивам. Похоже, так и было: например, тот же Кассий, во-первых, ненавидел Цезаря, а во-вторых, питал надежды на собственное возвышение в результате заговора. Брут же заведомо терял своё положение одного из первых людей государства и перспективу стать первым, ничего не ожидая взамен.
Брут постоянно жертвовал своими интересами ради соблюдения закона и в итоге проиграл.

Если человек в остальном был образцом морали - это серьезный аргумент за то, что и его главный поступок был этически правильным.

(Кстати, непримиримым противником Цезаря выступал и Катон Младший - еще один камертон морали римского общества. Впрочем, важное уточнение - римской аристократии; Цезарь же выражал интересы бедноты, и приведшее к гражданской войне противостояние начиналось как борьба партий сената и плебса. Катон покончил с собой в Утике, когда не удалось организовать оборону города от Цезаря. Он поступил честнее Брута. Хотя кто-то скажет, что слабее. Так можно сказать про многие честные поступки.)

Когда человек что-то делает по убеждениям, а не для личной выгоды - это часто говорит в его пользу. Однако, если взять в качестве примера каких-нибудь религиозных фанатиков - это омерзительная мотивация, и такие люди во много раз хуже, чем те, кто руководствуется личной выгодой. Со стремящимся к личной выгоде можно искать здравый компромисс, а у фанатиков в голове нет ничего, кроме их вымышленных богов.
То же самое касается не только религии, но и некоторых других идеологий. Гитлером не двигала никакая религия. Но ведь республиканская идеология - это совсем другая история! Идеологии бывают благие, не так ли?

Мне в последнее время кажется, что любая идеология становится злом, если её возвести в абсолют.

Брут, безусловно, был идеологическим республиканцем-максималистом. Судя по всему, это хорошая, правильная идеология. Во всяком случае, тиранов ненавидели всегда, а в современном обществе доминирует негативное отношение к любой единоличной власти в государстве, даже освященной законами и традициями, и причины ясны - единоличной властью слишком легко злоупотребить в ущерб обществу. В Риме же республиканские традиции насчитывали сотни лет, а последний царь запомнился как негодяй. Следовательно, мотивы Брута следует признать достойными и благородными.

Но если что-то и можно назвать возведением республиканской идеи в абсолют, то это убийство Цезаря Брутом. По двум причинам.

Первая - политическая. Цезарь - необычный узурпатор. Он в самом деле настойчиво стремился к власти, но он не злоупотреблял ею - он желал убедить всё общество, включая своих противников, в её благотворности. Он пользовался широкой поддержкой населения, поскольку многое делал в интересах плебса. Недовольны же были прежде всего нобили - аристократы, потому что власть уходила именно из их рук. Убийство Цезаря разрушило достигнутый баланс в обществе и ввергло страну в новую серию гражданских войн, которые продолжались 13 лет, причем надежда восстановить республику была утрачена уже через 2 года. И этот новый виток конфликтов был ожидаем - ведь цезарианская партия не исчезала с гибелью своего лидера.
Понятно, что оптиматы чувствовали себя ущемленными положением Цезаря и его амбициями, и с точки зрения борьбы партий покушение было вполне естественным шагом. А вот с точки зрения блага государства - не очевидно.

Вторая и главная причина - этическая. Цель не всегда оправдывает средства. Как бы ни была высока цель Брута, средство было избрано ужасное, и речь не об убийстве правителя, а о предательстве друга и благодетеля. Если ты победил подлостью, то ты стал победителем, но перестал быть достойным человеком.

Можно, конечно, посмотреть с совершенно противоположной точки зрения. Брут настолько ставил государственное превыше личного, что пожертвовал ради своей страны другом и благодетелем и своей верностью слову. В конце концов, его легендарный предок Луций Брут, изгнавший царя, самолично вынес смертный приговор своим сыновьям, когда те составили заговор для восстановления монархии. Он пожертвовал сыновьями! А Марк - "всего лишь" другом.
Однако Луций Брут не был ничем обязан своим сыновьям, это сыновья обязаны были ему всем. Казнил бы Луций Брут отца или мать? Неизвестно.

Лично я не казнил бы, даже если бы они составили тысячу заговоров против тысячи республик.

А вот Марк Брут писал Цицерону, что убил бы собственного отца, если бы тот стремился к тирании.

Кстати, Брут действительно пожертвовал хотя и не отцом, но памятью об отце (официальном, т.е., вероятно, настоящем). Отца Брута приказал убить не кто иной, как Помпей. За это Брут ненавидел Помпея и никогда с ним не разговаривал, "считая великим нечестием сказать хоть слово с убийцей отца". Поэтому, когда начался конфликт Помпея и Цезаря, люди были уверены, что Брут станет на сторону Цезаря; но Брут решил иначе - поскольку счел дело Помпея более справедливым. И свой бойкот Помпею прекратил.
Это еще одно проявление впечатляюще цельной системы ценностей Брута, которой можно как восхищаться, так и ужасаться.

Кажется, именно Бруту уместно было бы себе взять девиз германского императора Фердинанда I: Fiat justitia et pereat mundus - "Да свершится правосудие и да погибнет мир".

Заканчивая о Бруте, хочу сказать о символичности того, что с ним случилось далее. Можно усмотреть наказание судьбы в том, что Брут потерпел поражение при Филиппах. И, видимо, усматривали - не зря появился же рассказ о призраке Цезаря, который Брут якобы увидел перед битвой. Плутарх пишет: “Явле­ние при­зра­ка Цеза­ря Бру­ту пока­за­ло с осо­бен­ной ясно­стью, что это убий­ство неугод­но богам.”
В любом случае, Брут достойно сражался, а потерпев поражение, принял славную смерть. И победители отнеслись с большим почтением к его праху.

И пара слов о Кассии. Почему всю дорогу речь только о Бруте?
Да потому что с Кассием никакой моральной дилеммы нет.
Кассий, в отличие от Брута, не считался образцом морали и законопослушности и не был таковым. И в заговор вступил отнюдь не только из-за республиканских убеждений. У него были давние личные счеты с Цезарем - в частности, они не поделили каких-то львов. Цезарем-диктатором Кассий был недоволен, потому что Цезарь назначал Кассия на менее важные посты, чем тому хотелось. Наконец, у него, видимо, были надежды в результате убийства самому занять место Цезаря.
В общем, поступок Кассия - это сугубо практичное предательство, только и всего. И это, видимо, относится к большинству заговорщиков.
Несомненно, практичность Кассия была козырем его стороны, которая имела бы больше шансов на успех, если бы мнение Кассия чаще становилось решающим. Но устояла ли бы потом республика - это вопрос.
Я не упрекаю Кассия за вольное отношение к закону - как уже говорилось, в этой античной Игре Престолов мало кто был иным. Но своё предательство ему нечем даже попытаться уравновесить.

И еще об одном убийце хочется сказать отдельно. Децим Брут, родственник Марка Брута, соратник Цезаря, прошедший с ним все войны, считавшийся одним из ближайших его друзей и названный им в завещании одним из наследников - о чем, несомненно, знал. Когда последний факт стал известен, Децим Брут стал для сограждан самым ненавистным из заговорщиков. Армия провинции, которую он получил после убийства, вскоре одно подразделение за другим покинула его и перешла на сторону Антония и Октавиана - все 10 легионов! Оставшись всего с десятью людьми, Децим по дороге к Марку Бруту в Македонию попал в плен к галльскому вождю, которому когда-то оказал немалые услуги. Вождь предпочел позабыть об этих услугах и казнил Децима Брута. Так Децим пал жертвой такой же чужой неблагодарности, какую годом раньше проявил сам.

Наконец, еще один факт о заговорщиках. После убийства сенат принял решение утвердить все распоряжения Цезаря, сделанные им при жизни - хотя распоряжения тирана должны аннулироваться после его убийства. Почему же? Да потому, что большинство сенаторов получили из рук Цезаря какое-либо выгодное назначение, и заново проходить демократическую процедуру выборов в “восстановленной республике” им почему-то не хотелось. Сцена, в которой сенаторы с редкостным единодушием принимают это решение, красочно описана у Аппиана. Мне кажется, это яркое свидетельство того, что главной пружиной заговора была борьба за власть, а не высокие идеалистические цели.


Еще один момент, который мне в этой истории кажется важным. Похоже, римское общество неизбежно шло к империи. И вот почему.

Чуть раньше 100-го года до н.э. на Рим двинулись полчища тевтонов и кимвров. После жесточайшего поражения при Араузионе (тяжелее, чем в более известной битве в Тевтобургском лесу) государство оказалось на грани катастрофы. Спас его Гай Марий, в короткие сроки создавший мощную армию. Однако для её создания он перешел от ополчения к профессиональной армии - и тем самым открыл ящик Пандоры.
Профессиональная армия верна своему полководцу - если он, конечно, хороший полководец. Именно он приводит воинов к победе. Именно он награждает за каждую победу, и именно он добивается, чтобы каждый получил землю за многолетнюю верную службу. Кто, кроме него, защитит интересы легионера-ветерана и воздаст ему сторицей за заслуги? Не консулы же, которые меняются каждый год!
Любой успешный полководец может использовать профессиональную армию для попытки захвата власти. И, собственно, уже Марий совершил эту попытку, и довольно успешную. Но тут же нашелся еще один такой же умник - Сулла. В противостоянии Суллы и Мария заполыхали первые большие гражданские войны. Сулла победил, но через какое-то время по неясным причинам сложил с себя должность диктатора, а еще через год умер. Республика выжила.
Следующей такой же парочкой стали Цезарь и Помпей. Если бы Цезарь не стал диктатором, то им стал бы Помпей; после гибели Красса и смерти жены Помпея (она же дочь Цезаря) римское общество понимало, к чему идет дело, и единственное, что можно было сделать - это выбрать из двух вариантов. Сенат выбрал Помпея (поэтому и отказался от всех компромиссов), он даже утвердил его единственным консулом - уникальный случай для Рима и не особо отличающийся от диктатуры. "По крайней мере, Рим окажется в рабстве у сильнейшего и достойнейшего из граждан" - слова Бибула, одного из лидеров сената. Но у Цезаря оказалось другое мнение.
Цезарь не смог удержать власть - помешал заговор. Но спустя всего 2 года образовалась новая парочка - Антоний и Октавиан. Противостояние между ними долго было тлеющим, но в итоге неизбежный конфликт случился, и его победитель стал единоличным правителем.
Кажется, с момента создания профессиональной армии республика была обречена. (А оно, опять-таки, было неизбежно в условиях роста государства - не тевтоны с кимврами, так другой кризис привел бы к этому.)
Если бы Цезарь не смог (или не рискнул) - диктатором стал бы Помпей. (И не на полгода, конечно.)
Если бы после убийства Цезаря Брут и Кассий победили Антония и Октавиана - диктатор выделился бы из среды победителей. Вероятнее всего, это был бы Кассий, чье стремление к власти было хорошо видно. Если не он (Кассий ведь погиб в первом сражении, а решающим стало второе) - Брута объегорил бы кто-то еще.
Если бы Октавиан проиграл Антонию - диктатором стал бы Антоний.
Были варианты в пользу Лепида, Секста Помпея...
Если бы вообще все обстоятельства максимально хорошо сложились для республиканского строя - система не выдержала бы в следующий раз. Лет через 20, 30 или 50.

Тем более что дело было не только в профессиональной армии, но и в других аспектах, связанных с расширением Рима. Система управления, отлично работавшая для полиса, плохо масштабировалась и трещала по швам в гигантском государстве. И многие считали, что перемены назрели. Даже Цицерон, яростно боровшийся за республику, высказывал в письмах мнение, что государству необходим постоянный лидер.

Так что Брут, независимо от этической оценки его действий, шел против слишком мощного течения. Шансов сохранить республиканский строй не было.

А из перечисленных выше Цезарь, судя по всему, был лучшим вариантом.
Впрочем, и Октавиан оказался хорошим и более жизнеспособным. (А вот дальше поначалу пошло не очень.)
В сериале он, кстати, изрядно демонизирован (точнее, механизирован - показан бездушной машиной) - видимо, для пущего эффекта. На мой взгляд, чересчур. Впрочем, Октавиан действительно был аккуратнее, осторожнее и практичнее Цезаря - в том числе научившись на его ошибках. В частности, он всячески подчеркивал отсутствие у себя монархических замашек. А еще он отнюдь не всегда миловал врагов, а если миловал, то не начинал им после этого доверять...
Можно думать, что Цезарь стал необходимой жертвой, чтобы его преемник уточнил его политику и нашел правильный баланс, а общество увидело, к каким катаклизмам приводит свержение властителя, и предпочло спокойствие. Результатом стали десятилетия внутреннего мира и процветания. Начался Pax Romana.

Так что, кто добро, а кто зло? Однозначного ответа по-прежнему нет и быть не может.

Для Цезаря главной мотивацией было личное честолюбие, для Брута - законность. Здесь Брут, безусловно, привлекательнее. На подобных Бруту держится государство. (По крайней мере, до тех пор, пока в государстве не возникает необходимости в переменах.)
Когда наше благополучие зависит от чиновника, мы хотим встретить Брута в его лице, но удается редко.

Но если задуматься, кого из этих двоих я бы предпочел иметь другом - выбор ясен. Цезарь всегда будет за тебя, пока ты за него (вспомним эпизод с Гаем Оппием), и даже когда ты перестанешь быть за него (вспомним эпизод с Титом Лабиеном). Брут вонзит тебе в спину нож, как только ты перестанешь действовать в соответствии с его представлением о законе и справедливости.
Перефразируя Высоцкого, нужен мне такой друг, как его там - Марк Брут...

Цезарь мне по-прежнему очень симпатичен. Но для безупречности образа ему нужно было родиться в эпоху принципата, когда подобный путь можно было проделать полностью законно. По-моему, Траян, которого называли лучшим императором - это и есть Цезарь своего времени.
К Бруту я теперь испытываю немалое уважение. Но предательство считаю непростительным.
В любом случае оба этих человека, боровшихся друг с другом, кажется, искренне желали величия своему государству и блага своему народу, за что обоим честь и хвала.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 53 comments